Славутицька загальноосвітня школа № 1 Найкраща школа Slavutich School #1 The Best School Школа № 1 г. Славутич      


НАША АДРЕСА:
07100 м.Славутич Київської обл.
Проспект Др.народів,19 а/с 29 тел: (04479)2-38-57
e-mail: school1slavutich@ukr.net
Четвер, 30.03.2017, 06:49

Меню сайту

Головна

Візитка школи

Досягнення вчителів

Досягнення учнів

Наші випускники - наша гордість

Учнівська організація "РУУШ"

Шкільна газета "The First"

Творчість учнів

Інформація для учнів

Інформація для батьків

Патріотичне виховання юного покоління

Кодекс етики

Статут територіальної громади

Книга пам'яті "Живі, поки пам'ятаємо"

Нормативно-правова база

Корисні сайти

Несекретні матеріали

Зовнішнє незалежне оцінювання

Державна підсумкова атестація

Фотоальбоми

Оголошення та новини

Форум

СИТНИКОВ АНАТОЛИЙ АНДРЕЕВИЧ
20.01.1940 – 30.05.1986 


Ситников Анатолий Андреевич родился 20 января 1940 года.

В 1963г. окончил Дальневосточный политехнический институт (ДВПИ)

С 1963г. работал на заводе имени Ленинского Комсомола в г.Комсомольске-на-Амуре.

С мая 1963 по июль 1964года занимает должность инженера технолога.

С июля 1964 по июнь1966 года работает  Старшим инженером технологом.

С июня 1966 по февраль 1969 года. – Инженер механик пульта главной энергетической установки (ГЭУ).

С февраля 1969 по сентябрь 1973 года – Старший инженер механик ГЭУ.

С сентября 1973 по январь 1974года исполняет обязанности начальника бюро механиков пульта ГЭУ.

С января 1974 по апрель 1975г. – Начальник бюро механиков пульта ГЭУ.

С мая 1975 года переезжает с семьей в г.Припять и поступает на ЧАЭС на должность заместителя начальника смены реакторно-турбинного цеха. За время работы на ЧАЭС занимает должности начальник смены реакторного цеха, заместителя начальника смены станции.

С 1980 года – Заместитель начальника реакторного цеха.

С февраля 1982 года – Начальник реакторного цеха. С июля 1985 года и на момент аварии занимает должность  Заместителя главного инженера по эксплуатации I очереди ЧАЭС.

На всех должностях проявил себя знающим специалистом высокой квалификации, стараясь досконально изучить технологические схемы, оборудование, правильную их эксплуатацию, обладал высокой работоспособностью. К работе относился с высоким понимание ответственности. Как специалист пользовался авторитетом среди рабочих и инженерно-технического персонала.    

Награды:

Орден Знак Почета – 14.08.1982г.

Орден Ленина – 16.02.1989г. (посмертно) 

Указом Президента Украины № 298/96 от 26.04.1996г. награжден знаком отличия крест «За мужество» (посмертно)



Хроника событий

26 апреля 1986г. Когда Дятлов был отправлен в плохом состоянии в медсанчасть, Фомин приказал немедленно явиться из дома на объект заместителю главного инженера по эксплуатации 1-й очереди ЧАЭС Анатолию Ситникову. От него же Ситников получил смертельно опасное и бессмысленное задание залезть на крышу блока «В» и заглянуть вниз.   

– Ты опытный физик. Определи, в каком состоянии реактор. Ты будешь как бы человек со стороны, не заинтересованный во вранье. Прошу тебя. Лучше взобраться на крышу блока «В» и заглянуть сверху в центральный зал. А?..

Ситников пошел навстречу смерти. Он облазил весь реакторный блок, заходил в центральный зал. Уже здесь он понял, что реактор разрушен. Но он посчитал это недостаточным. Поднялся на крышу блока «В» (спецхимии) и оттуда посмотрел на реактор с высоты птичьего полета. Картина невообразимого разрушения открылась его взору. Взрывом оторвало монолитный шатер центрального зала, и жалкие остатки прогнувшихся бетонных стен с торчащими во все стороны бесформенными щупальцами арматуры напоминали гигантскую актинию, притаившуюся в ожидании, когда очередная живая душа приблизится к ней, а то и окунется в ее адское ядерное чрево.

Ситников отогнал от себя навязчивый образ и, ощущая, как жаркие радиоактивные щупальца лижут ему лицо, руки, обжигая мозг и саму душу, садня нутро, стал пристально разглядывать то, что осталось от центрального зала. Реактор явно взорвался. Плита верхней биозащиты, с торчащими в разные стороны обрывками трубопроводных коммуникаций, пакетов импульсных линий, похоже, была подброшена взрывом и, рухнув назад, наклонно улеглась на шахту реактора. Из раскаленных проемов справа и слева гудел огонь, несло нестерпимым жаром и смрадом. Всего Ситникова, особенно его голову, напрямую обстреливало нейтронами и гамма-лучами. Он дышал густым радионуклидным газом, все сильнее ощущая нестерпимое жжение в груди, будто внутри него кто-то разводил костер. Огонь все разгорался, разгорался…

В десять утра Ситников доложил Фомину и Брюханову, что реактор, по его мнению, разрушен. Но доклад Анатолия Андреевича Ситникова вызвал только раздражение и к сведению принят не был. Подача воды в «реактор» продолжалась…

Анатолий Андреевич схватил не менее полутора тысяч рентген на голову. Облучением поражена была центральная нервная система. В Московской клинике у него не привился костный мозг и, несмотря на все принятые меры, он погиб…

Г.Медведев «Чернобыльская тетрадь»

ЧАСЫ   МУЖЕСТВА

В тот вечер он лег спать позже обыкновенного – наступила суббота, и можно было дольше посидеть за книгами. Это занятие Анатолию Андреевичу всегда нравилось. Напрасно, бывало, жена зовет по выходным дням на садовый участок. Хотя и машина легковая была, и команда – две дочери: Ирина и Катя, готовы к работе на огороде, но с трудом шел на уговоры глава семьи. Под разными предлогами норовил остаться дома, почитать новую литературу по ядерной энергетике, специальные журналы. Вот и теперь давно уже все спали, когда он закрыл книгу. Только лег, как вдруг зазвонил телефон. Звонок был какой-то особый, тревожный, вспоминали потом домашние.

- наверное, беда: - быстро одеваясь, сказал Анатолий Андреевич,- и не прощаясь, побежал по лестнице вниз. Больше сюда он не вернулся. В это время и другие торопились из своих квартир по аварийной тревоге на станцию. У автобусной остановки уже ждали начальник первого реакторного цеха В. Чугунов, начальник электроцеха А. Зиненко, еще несколько человек. Ситникова среди них не было.

- Он поспешил прямо на станцию, - вспоминает Владимир Чугунов, мы его не заметили.

На том небольшом и долгом пути мысли одна тревожнее другой переполняли голову Ситникова. Записанный на магнитофон голос об аварийном сборе ничего не прояснил – что же могло случиться? Станция была мечтой, гордостью его жизни. Вспомнился Дальний Восток, Спасский район, где он родился, известный всем советским людям по песне «По долинам и по взгорьям». Кораблестроительный институт, где он учился и познакомился со своей будущей женой. Вспомнился завод, где его очень ценили и не хотели отпускать, несмотря на то, что жена из-за болезни дочерей стучалась во все инстанции, чтобы мужа перевели работать в другой город. Девять раз директор отказывал Ситникову, на десятый отпустил. Анатолий Андреевич еще тогда увлекался ядерной физикой и попросил направить его в Обнинск. Анатолий Андреевич учился у специалистов ядерной энергетики, которых там собиралось немало. А когда стало известно, что неподалеку от Киева, на Припяти, скоро будет возведена атомная станция, Ситников загорелся желанием попасть туда. Он сдал успешно экзамены и стал оператором. Так начиналась новая жизнь. Близ устья Припяти только возводили фундаменты. Анатолий помогал сооружать первые блоки, жил в общежитии в одной комнате с Чугуновым и Орловым. Потом совместная нелегкая работа, общие интересы и заботы объединят их надолго.

- Славный был парень Ситников – сказал мне заместитель начальника реакторного цеха Вячеслав Орлов, - выполнял самые трудные задания.

На небе серело. Анатолий Андреевич ускорил шаг. Четвертый блок выглядел как-то странно, его громада растворилась в начинающемся рассвете. Он еще не знал, что вспыхнувший пожар уже потушен.

Но вот и административно-бытовой корпус. Здесь становится ясным: случилось невероятное – авария на четвертом блоке. Значит, надо уточнить обстановку, узнать, что с людьми, находящимися на смене, а ряд линий связи вышел из строя.. И зреет естественное для Анатолия Андреевича решение: «Пойду на место аварии. Никто лучше меня не знает четвертого блока.

- Да, - говорит, вспоминая тот предрассветный час, начальник реакторного цеха В.Гриценко, - хотя Ситников был заместителем главного инженера станции по первой очереди, он очень хорошо знал третий и четвертый блоки. Ведь он за третий блок награжден орденом «Знак почета».

Ситников изложил свои соображения руководству и отправился непосредственно к месту аварии. В это же время в вестибюле формировалась группа помощи 3-4 блокам под руководством старшего инженера-механика Александра Нечаева.

А Ситников уже двинулся вперед, взяв с собой Чугунова.

Когда-то они работали еще на Дальнем Востоке и хорошо понимали друг друга. Начальник первого реакторного цеха не раз решал свои проблемы вместе с Ситниковым, который возводил первый блок и работал на нем.

- Поскольку помещение было наполнено дымом, - вспоминает Владимир Чугунов, - мы взяли противогазы, пошли по коридору на третий блок.

Ситников действовал быстро и точно. Поднявшись на пятидесятую отметку, он осмотрел паропроводы, пароводяные коммуникации. В системе труб были большие разрывы. Чтобы выяснить опасность, тщательно исследовал места утечки и тут же доложил руководству, откуда надо ждать большой опасности.

Это были часы мужества. Анатолий Ситников, пренебрегая опасностью, прибыл на блочный щит управления третьего блока. Здесь было спокойно. Но волновала судьба тех, кто работал на четвертом блоке. Их было там шестеро. Начальник смены Александр Акимов доложил Ситникову о том, что пятеро живы и направлены в санчасти. Старший оператор Валерий Ходемчук погиб у реактора. Поражает с какой уверенностью в той сложной и трудной обстановке действовал Анатолий Ситников. Памятуя свою главную задачу – выяснить размеры разрушений и судьбу людей, он на месте давал точные продуманные распоряжения, стараясь предотвратить дальнейшее развитие аварии.

Метр за метром вместе с Чугуновым обходил многочисленные коммуникации, связывающие четвертый блок с третьим. Тогда и возникла мысль найти способ охлаждения активной зоны.

Он первым кинулся к задвижке.

Вскоре Ситников уже был на блочном щите управления 4-го блока. Опасность была велика, но только здесь можно было выяснить истинные причины происшедшего, установить, что можно сделать в создавшихся условиях.

- Он не жалел себя в ту ночь и в то утро, - скажет потом Вадим Грищенко, его старый товарищ, - мы заметили, что Ситников уже плохо выглядит, и убеждали его идти в санчасть, но он снова и снова  рвался к 4-му блоку. Только к полудню его отвезли в больницу. Ситникова сразу отправили в Москву. Чувствовал он себя плохо, но беспокоился о товарищах, спрашивал о Телятникове, Чугунове, Паламарчуке, Нехаеве, Перевозченко, Русановском.

- Авария на станции,- рассказывал первый секретарь Припятского горкома партии В. Лукьяненко, - высветила, кто чего стоит в нашем коллективе. Оказались у нас, к сожалению, и люди, испугавшиеся опасности, ставшие «дизертирами», но проявили себя и истинные герои. Таким был Анатолий Ситников. В те часы он прожил самую трагичную и самую лучшую, на мой взгляд, часть своей жизни.

Грустные наши разговоры с людьми, знавшими Анатолия Андреевича, печальная беседа с его женой Эльвирой Петровной, работающей на станции. Но из мелких деталей, из отдельных слов, как из частичек смальты вырисовывается, словно мозаичный, портрет мужественного советского человека. Велика скорбь женщины. Но горды ее слова:

- он был честный, прямой и твердый, влюбленный в свое дело, и в свою Родину. Он был нужен мне, детям, сестре Валентине, давшей брату костный мозг, чтобы спасти его, матери, своей станции, Родине, другого бы я не полюбила!

М. ОДИНЕЦ, собственный корреспондент «Правды» г.Киев, 21мая 1987г.   


Отрывок из документальной повести Н.Н.Попова 

«Чернобыльская трагедия: как это было» …


В музее гражданской обороны в 1987 г. (г. Москва) на вечере памяти погибших чернобыльцев выступила Э.П.Ситникова: …"Эксплуатационники хорошо понимали, какая беда может разразиться, если они покинут свой блок. Когда по телефону ночью 26 апреля на станцию вызвали моего мужа, я спросила его: ”Зачем ты едешь? Ведь это не твой блок, ты за него не в ответе”. Он сказал лишь: «Так надо. Я не знаю, что произошло”. А потом в больнице, накануне своей смерти, объяснил: "Если бы взорвался не только четвертый, но и другие блоки, то не было бы Украины, а может быть и пол-Европы».

…Грустны наши разговоры с людьми, знавшими Анатолия Андреевича, печальна беседа с его женой Эльвирой Петровной, работающей на станции. Но из мелких деталей, из отдельных слов, как из частичек смальты вырисовывается, словно мозаичный, портрет Мужественного человека. Велика скорбь женщины, но горды ее слова: «Он был честный и прямой, влюбленный в свое дело и в свою Родину. Он был нужен мне, детям, сестре Валентине, давшей брату костный мозг для пересадки, чтобы спасти его, матери – Марии Фоминичне, своей станции… А другого бы я не полюбила!»



В.Орлов, Э.Ситникова, О.Генрих. Киев, 2004 г.


На следующий день после похорон мужа она продолжала ухаживать за остальными пострадавшими, находя для них слова ободрения. Также поступали и жены других пострадавших. Страдания их были болезненные и очень тяжелые. Э.П.Ситникова приехала в Москву, чтобы ухаживать за мужем, и поселилась в гостинице медицинских работников. Она делала такое, что не всегда под силу медицине: без внешних эмоций, по-домашнему, подбадривала не только своего мужа, но и других. Многие из них были их личными друзьями. Она ухаживала за всеми. Кто требовал ухода, как сиделка, и при виде ее даже измученные страданиями больные, умирающие люди улыбались.

«Как-то она зашла ко мне, – рассказывал Петр Паламарчук – я спросил ее о здоровье мужа: «Ничего, ты обязательно поправишься, ведь критический 21-й день прошел!» И лишь потом я узнал, что за два дня до этого ее муж умер!» За день до смерти Анатолий Андреевич попросил ее и «потом» приходить в больницу: «Ты нужна им, не оставляй!» Но и независимо от его просьбы на следующий день после похорон мужа она снова и снова уговаривала больных потерпеть, убирала горшки, заставляла мечтать… Так же поступали и жены других пострадавших. И так продолжалось еще много дней, пока ее не убедили, что и ей нужно отдохнуть, а уже кому невозможно помочь, то… А ведь у нее две дочки, которым тоже необходимо материнское внимание.

Семья Ситниковых получила квартиру в Москве, но еще два года Эльвира Петровна работала на своем прежнем месте на ЧАЭС – ездила по вахтам из Москвы. «Там мой дом», – говорила она.

Действительно, потрясенная страшной потерей, эта мужественная женщина более или менее приходила в себя только на родной ЧАЭС, там она выглядела деятельной и нужной, как и прежде. Ни слез, ни жалоб… Дочери, студентка Ирина с мужем Игорем и семиклассница Катя, справлялись с хозяйством сами.

Когда на Митинском кладбище корреспондент Си-Би-Эс спросил Катю, правильно ли, поступил ее отец, идя на смерть?

Эльвира Петровна стала работать в «Союзе Чернобыль СССР» со времени его организации в 1987 г. В течение семи лет через ее руки приходили тысячи писем переселенцев, ликвидаторов и почти всем отвечала и часто практически или советом помогала им именно она.

Март, 2005г.

Из письма дочери А.А. Ситникова Екатерины


Я бесконечно горжусь своим отцом! Он всегда был и будет образцом для подражания и отношения к своему делу не только для нашей семьи, но и для миллионов людей!

Папа был очень справедливым, честным и ответственным человеком. Он очень редко бывал дома, практически жил на работе. Соответственно, мы с моей старшей сестрой Ириной были воспитаны в духе самостоятельности и ответственности за принятые решения.                                                               

Власова (Ситникова ) Екатерина, г. Москва, апрель 2011г.
 



Митинское кладбище г. Москва. Надгробная плита Ситникова А.А.





читать дальше: БАРАНОВ  АНАТОЛИЙ ИВАНОВИЧ


Форма входа

Календар новин

«  Березень 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

Пошук

Корисні сайти

 
 

Статистика

free counters

SlavutichSchool1© 2017